Первый гость - мой боевой товарищ, один из тех, кто стоял у истоков подводного направления в подразделении. Когда в середине семидесятых руководство приняло решение готовить боевых пловцов, никто толком не знал, как это делать. Не было ни снаряжения, ни методик. Были только натовские ножи да маски с трубками.

Сорок пять дней на острове Русском в воде с температурой шесть градусов. Сухие костюмы времен войны и аппараты закрытого дыхания, от которых можно было просто не всплыть.

Первые учения на Каспии с «Вымпелом», когда отрабатывали штурм кораблей и чуть не погибли от чьей-то халатности.

Это не героические байки. Это обычная работа людей, которые делали то, что считали нужным для страны. Тихо, без лишних слов. Как и положено профессионалам.

В следующих выпусках - врач, который тридцать лет следил за нашим здоровьем, снайперы первого призыва, истории командировок. Память подразделения, пока она жива.

Второй гость в студии «Подкаста.Альфа» — мой товарищ Федор Литвинчук. Удивительная судьба: из снайпера спецназа стал психотерапевтом. И не просто переквалифицировался, а нашел свое истинное призвание в исцелении человеческих душ.

Мы говорили долго. О том, как в 1992 году зеленый лейтенант из военного училища попал на спецоперацию, где помощница министра иностранных дел вела переговоры, а вертолет с террористами катался по взлетной полосе, пока мы ползали за ним по-пластунски. Деньги в итоге разлетелись фонтаном по аэропорту – картина, достойная Феллини.


Говорили о Буденновске. Федор был ранен, лежал в поле под огнем, а рядом исчез товарищ. До сих пор не знает, что с ним случилось в тот момент. Помнит, как командир построил всех перед операцией и честно сказал: «Первая группа, скорее всего, умрет». И как потом один из наших товарищей на БТР под гранатометным огнем вытаскивал раненых – один из тех поступков, за которые не всегда дают ордена, но которые остаются в памяти на всю жизнь.

Но самое интересное началось после службы. Федор рассказал, как московский бизнесмен пришел к нему в треничках, не способный выйти из квартиры из-за панических атак, а через три месяца уходил в дорогом костюме, готовый ехать в любую точку мира. Как работает память о травме, почему одни ломаются, а другие встают и идут дальше.

У Федора есть теория: мы все – потомки трусов. И в этом нет ничего плохого. Все герои-кроманьольцы давно съедены хищниками, а выжили те, кто придумал волчьи ямы вместо лобовых атак. Трусость как пластичность ума, способность найти выход там, где его нет. Как вам такое?

Мы коснулись болезненной темы: почему некоторые наши товарищи так и не смогли найти себя в мирной жизни. Почему Олег Ишанов, который в Буденновске играл со смертью как шахматист с фигурами, в 55 лет ушел на СВО и не вернулся.

Федор объяснил механизм панических атак проще, чем в любом учебнике: «Мозг теряет контроль над нервной системой, и организм постоянно готовится к спасению от угрозы, которой уже нет». И рассказал, как это лечится – если коротко, то не таблетками, а возвращением человека к тому моменту, где все началось.

Час с лишним пролетел незаметно. Говорили о том, что в Европе походы к психотерапевту – норма, как чистка зубов. О рецепте здоровой старости от Павлова: больше ходить пешком, принимать хвойные ванны, ездить в санатории. И не совать пальцы в розетку – в прямом и переносном смысле.

Этот разговор – о том, как из человека, который видел смерть в упор, получается тот, кто возвращает людям желание жить. О том, что настоящая сила не в том, чтобы не бояться, а в том, чтобы найти выход когда страшно. И о том, что каждый из нас несет в себе больше, чем сам о себе думает.

Третий выпуск «Подкаста.Альфа» получился особенным. В студии – мой товарищ, ветеран Группы «А», майор запаса ФСБ России Геннадий Соколов, с которым судьба свела нас в далеком 91-м. С тех пор мы вместе – в службе, в спорте, в жизни, в бизнесе.

История удивительная: парень пришел в подразделение без особых спортивных достижений, разве что первый разряд по дзюдо в детстве. Зато курил, как паровоз. А сейчас это человек, который может дать фору многим профессиональным спортсменам. Весил когда-то 115 килограммов чистых мышц – девушка не могла обнять руками. Сейчас держит себя в идеальной форме.

Мы говорили о том, как служба мотивировала бросить курить. Помню, как начальник заявил сотрудникам: «Кто финиширует после меня – лишится премии». Гена, курящий тогда ещё, бежал буквально дыша в затылок руководителю. Выиграл забег, но легкие болели так, что стал думать о здоровье всерьез.

Рассказал про традицию получения майорских звездочек – когда под давлением коллектива пришлось выпить стакан водки. Предупредил честно: «Ребята, я не пью, мне станет плохо, я просто усну». Так и случилось – выпил, сказал «до свидания» и… отключился. Больше никого уговаривать не пришлось.

Интересно было услышать про отношение к алкоголю в подразделении тогда и сейчас. Если раньше кто-то позволял себе расслабиться, то современные бойцы живут абсолютно трезво. И правильно – когда от тебя зависят жизни людей, слабости недопустимы.

Обсудили травмы, которые получали по молодости. Как легкомысленно относились к здоровью – с температурой тренировались, травмы не долечивали. Теперь эти «недолеченные» истории напоминают о себе. Урок простой: береги здоровье смолоду, потому что в зрелом возрасте организм не прощает юношеской беспечности.

Говорили о единоборствах. У нас в подразделении каждый отдел занимался тем, что умел начальник. Пришел боксер – все боксировали. Пришел борец – все на ковер. Универсальность – наше всё. Хотя в реальной жизни ноги в драке почти не применяются – слишком долго готовится удар, боксёр успеет челюсть снести.

Особая тема – воспитание детей. Должен ли мужчина уметь постоять за себя? Безусловно. Это не только территория страны, это семья, жена, дети. Каждый может столкнуться с ситуацией, где нужно защищать близких. Представление о защите ближнего должен иметь каждый.

Удивился, когда врач сказал ему: «Скажите спасибо родителям, что заставляли заниматься спортом. Благодаря мышечной массе и функционалу все ваши проблемы нивелируются». Опытный человек подтвердил то, что мы знаем изнутри – инвестиции в физическую форму окупаются здоровьем на десятилетия вперед.

Сейчас он играет в гольф на уровне мастера спорта. Привел его туда я, но признаю – Гена переплюнул «учителя». Это игра, которая выжимает адреналина больше, чем любой другой вид спорта. Когда профессионал стоит в метре от лунки, а от удара зависит условный миллион долларов, адреналин зашкаливает так, что можно промазать по мячу с близкого расстояния.

В итоге получился разговор о том, как спецслужба может сделать из обычного парня настоящего атлета. Не только физически, но и психологически. Дисциплина, ответственность, постоянная работа над собой – это то, что остается на всю жизнь. Главный вывод простой: вся жизнь – это борьба. Мы же так и живем – всегда с чем-то или с кем-то боремся. И благодаря этому, наверное, и живем полной, счастливой жизнью.

Занимайтесь спортом. Будьте здоровы.

Четвертый выпуск проекта «Подкаст.Альфа» получился особенно пронзительным. В студии – полковник медицинской службы Виктор Иванович Клименченко, человек с удивительной судьбой: от инфаркта в тульской больнице до спасения жизней бойцов спецназа в горячих точках.

После Курского медицинского – три года в Туле, инфаркт отделение на 70 коек, огромная смертность. Потом поликлиника в Железнодорожном, работа с пациентами из «Вымпела». В 1988-м пригласили в группу – тогда еще загадочный отдельный учебный центр.

Рассказал про первые учения на Каспии, когда группа была крошечной – человек семь. Тарасенко, Матовников, Елисеев – те, кто стоял у истоков. Без подписи доктора никто не погружался. Жесткая дисциплина: ни капли алкоголя.

В 91-м, когда 80% народа разошлись после развала Союза, Геннадий Николаевич пригласил в «Альфу». Пришел единственным врачом. Дали комнату только после ранения Гениевича – поняли, что доктор нужен позарез.

Самое страшное – Буденновск. Целая больница заложников. Трое погибших, более двадцати раненых. Виктор Иванович вывозил всех в спортзал школы. Помнит Диму Киселева – еще дышал, но СВД пробила каску. Прожил еще 15 минут.

Леша Артемьев – пуля выбила 4 сантиметра челюсти. Два года восстанавливали, ФСБ оплачивала лечение у лучшего американского хирурга. Медицины в Буденновске не было – матрасы, капельницы, и все.

За две чеченские кампании – более 400 раненых. Запомнился подполковник Анечка в Ингушетии – полный разрыв артерии под коленом. Несли на руках по склонам под 70 градусов. Оперировали в горах на высоте, вставили искусственную трубку. Спасли. Или боец из 5-го отдела – осколок пробил куртку, повредил артерию. Холод законсервировал рану кровью. В Ярославле хирург Голубев вскрыл грудину и полторы минуты массировал сердце руками. Запустил.

Сейчас медицина в спецназе – небо и земля. В каждом отделе врач, передвижные операционные, УЗИ, рентген. Любой боец может поставить капельницу, наложить жгут. Занимаются в симуляционных центрах, ездят в морги. Виктор Иванович 13 лет шагал в строю с бойцами. Автомат держал, нормативы сдавал. Патриотизм держал – Родине надо служить. Офицеры спецназа из особого теста. Завершил фразой: «В окопе неверующих нет. Кто под стрельбой побывал – все в Бога веруют».

Низкий поклон военным медикам. Они идут туда, где свистят пули, чтобы спасать тех, кто защищает нас всех.

Пятый выпуск проекта «Подкаст.Альфа» – это исповедь подполковника Станислава Владимировича Мамошин. Человека, который прошел путь от «партизана» в Рязанском училище до офицера легендарного подразделения.

Все началось с фильма «Зона особого внимания». После просмотра мальчишка решил стать десантником. Не родители подтолкнули, а классная руководительница предложила поступать в Суворовское. Агитировал четверых друзей – один без компании боялся идти, – но в итоге все отказались.

В Рязанское училище не поступил сразу – завалил русский и… историю КПСС. Преподаватель истории даже не стал слушать ответ: «У тебя двойка по русскому, освобождай место». Но мечта не умерла. Приехал снова, сдал математику на пятерку и стал «партизаном» – так называли тех, кто поступал не по конкурсу. 50 человек «партизан» жили в палатках, пока курсанты – в казармах. После прыжков многие отсеивались. «У каждого генерала есть свои дети», – философски замечает Станислав. Но он дошел до конца и получил офицерские погоны.

На третьем курсе приехали «покупатели» из группы «Альфа». Отбор простой: все москвичи с квартирой. Из восьми человек прошли шестеро. Но был человек, сказавший одну фразу, которая все решила: «Ты единственный спросил, какое у нас оружие и как часто мы стреляем».

Но командир роты решил по-своему – дал распределение в Тульскую дивизию. Три года Станислав служил командиром взвода, дослужился до старшего лейтенанта. Потом позвонили товарищи: «Восстанавливайся». Долгий путь через распоряжение дивизии, командующего ВДВ, резерв министра обороны…

В 1996-м наконец попал в «Альфу». Сразу – Грозный. Август, город захвачен, задача – попасть в здание ФСБ, охранять архив и сотрудников. Два дня добирались, зачищая дворы. Когда один из офицеров упал под стрельбой, все решили – снайпер убил. Оказалось, споткнулся.

Десять дней обороны. Запомнилась женщина с ребенком – мина разорвалась во дворе, осколок в сердце матери, у малыша оторвало пальцы на руке. «Был человек, была жизнь – и вот раз ее нет».

По дороге на вторую чеченскую – освобождение заложника в поезде. Женщина-проводница заметила: в купе заходят четверо, выходят трое. Взяли троих террористов, вытащили русского из-под нижней полки.

Салман Радуев – операция без единого выстрела. Генерал предлагал засаду на трассе, Станислав возразил: «Тех, кто будет ближе к Грозному, просто сметут огнем». Предложил захват в здании. Одобрили. Пять минут – и бригадный генерал Радуев в наручниках.

Норд-Ост. Торшин предупредил честно: идем умирать. Кто не хочет – без последствий может остаться. Но никто не остался. Станислав заходил в подвал, когда начались взрывы. Террористы думали, что штурм снизу, бросали гранаты.

Первое впечатление в зале: «Мы проиграли». Полный зал неподвижных людей. Потом кто-то начал вставать. Поняли – живые. «Мушкетерам бросили перчатку – мы победили». Беслан. Солдатик просит: «Пацаны, заберите танк». Снайпер видит, как взрывной волной ребенка выкидывает из окна, тот встает и лезет обратно. «Если бы мог достать рукой – остановил бы».

В спортзале после пожара – биомасса. Непонятно, где взрослый, где ребенок. Снилось потом даже после увольнения.

Решение уволиться пришло неожиданно. Товарищ показал газету – там фотография Станислава с автоматом в Беслане. «Если фотограф меня заметил, то и пуля могла». Двое детей дома, надо воспитывать. Четыре раза писал рапорт – Торшин рвал. На пятый раз сказал: «Можно через канцелярию, но лучше к заму».

Заключительная философия от товарища: «Как вы назовете подразделение, где служили? Группа вооруженных авантюристов».

И это, пожалуй, лучшее определение. Мы действительно были авантюристами – в самом благородном смысле этого слова. Рисковали всем ради того, чтобы защищать тех, кто не может защитить себя сам.

Шестой выпуск проекта «Подкаст.Альфа» – разговор с полковником Михаилом Юрьевичем Кульковым. Метр девяносто военной элиты, потомственный военный – дед, отец, дядя… Все служили. Родился 23 февраля, детство в Казахстане, сменил 11 школ…

Запомнился рассказ про школу в Талды-Кургане. Два километра пешком, по дороге рыбу ловили, коров пасли. «Попросишь дядю Петю покататься на коне, коров погонял – и в школу опоздал», – вспоминает Кульков. В военных городках сами заливали катки, строили развлечения. В первом классе он увидел «Служу Советскому Союзу» – десантники прыгают с парашютом, берут лыжи. С первого по девятый класс готовился в Рязанское училище. Но друг переубедил поступать в Военный институт физкультуры в Питере. Стал мастером спорта по офицерскому многоборью.

В 1997-м Михаил встретил нашего офицера и понял, что хочет в Группу «А». Сдал нормативы, попал в «Альфу». Его поразила оружейная – не парадные шкафы, а чемодан, кейсы, сумки. Функциональность, а не парадность.

Первая операция – сразу Норд-Ост. Перед штурмом в подвале передавали заряды по цепочке. «В глазах некоторых читался страх. Но человек преодолевает себя». В зале кто-то сидел, запрокинув голову – задохнулись. Кто упал вперед – выжили.

Было много командировок в Дагестан. Запомнилась операция к 3000-летию Дербента – засекли, как выносят ведра со взрывчаткой. Нашли блиндаж, который органы не могли найти.

Михаил ранен в Дагестане за две недели до Беслана. При взрыве двери отлетел с балкона, эмир прятался под матрасами. Пуля по касательной в спину. «Бог спас от Беслана – оттуда бы не вернулся».

Интересные технические детали: щит 25 килограмм, пулю не чувствуешь – масса поглощает. Самая жестокая операция – перестрелка в метре, пистолеты и гранаты. Наушников не было, отсюда постоянный звон в ушах. Первые покупали с Торшиным на свои деньги.

«Что выше – любовь к деньгам или Родине?», – задаётся вопросом Михаил Юрьевич. Ответ – в подкасте.

Кульков 25 лет отслужил… От мальчишки, мечтавшего стать десантником, до полковника спецназа – путь в четверть века.

Есть люди, чья профессия – находить слабые места там, где их быть не должно. Александр Сергеевич Алешин из таких. В группе «Альфа» его называли по-разному. Например, «специалистом по борьбе с личным составом». За этим и другими шутливыми прозвищами скрывалась серьезнейшая работа: контрразведка особого назначения.

В седьмом выпуске проекта «Подкаст.Альфа», мы говорим о времени, когда государственная машина давала сбои, а люди в погонах искали способы прокормить семьи. Девяностые проверяли не только системы охраны объектов, но и совесть каждого офицера. Александр Сергеевич рассказывает, как удавалось держать удар – и почему иногда приходилось закрывать глаза на то, что в обычное время было бы недопустимо.

История про кошек, которых бросали через забор для отключения сигнализации, про «пьяного сторожа», три дня игравшего свою роль, про женщину с коляской у правительственного кортежа – это не анекдоты из жизни спецслужб. Это методика, которая спасла не одну жизнь и предотвратила не одну трагедию. Потому что каждая брешь, найденная своими во время учений, – это закрытая лазейка для чужих.

Мы поговорили о том, как создавалась культура безопасности в новой России. О цене, которую платили те, кто остался в строю, когда казалось, что строя больше нет. И о том, почему в подразделении, где каждый знает о каждом всё, не было ни одного предателя.

Это разговор не о прошлом. Это разговор о фундаменте, на котором стоит сегодняшняя безопасность страны.

В истории спецназа есть страницы, которые написаны женским почерком. Короткие, но яркие. В восьмой части проекта мы открываем одну из них вместе с Юлией Пелевиной – старшим лейтенантом запаса, бывшим бойцом женского отделения группы «Альфа».

Шесть лет эксперимента, который так и не стал системой. Почему подразделение, где женщины доказали свою боеспособность – два года подряд Юлия выигрывала чемпионат ФСБ по стрельбе, обходя мужчин, – в итоге было расформировано? Вопрос остается открытым.

Юлия из тех, кто не умеет отступать. Кандидат в мастера спорта по подводному плаванию, призер чемпионатов СССР, дипломированный тренер по рукопашному бою. Её учитель каратэ говорил: «У тебя будет один, максимум два удара. Промахнешься – конец». Она не промахивалась. Ни на улице, ни на стрельбище.

Мы говорим о том, как женщине найти своё место в мужском коллективе спецназа. О специфике подготовки для работы в замкнутых пространствах – самолетах, лифтах. О том, каково это – снова и снова садиться в автобус с тревожным чемоданчиком, часами ждать в самолете, чтобы услышать «отбой».

Это разговор не только о прошлом. Это размышление о потенциале, который мы не используем. О том, что в эпоху, когда физическая сила уступает место технологиям и интеллекту, отказ от женщин в спецподразделениях может быть стратегической ошибкой.

История Юлии – это история о преодолении. Не только физических нормативов и предрассудков, но и собственных ограничений. «Я не умею убегать», – говорит она. И в этой фразе – весь характер человека, который два года пробивался через бюрократические барьеры, чтобы попасть в «Альфу», а попав – доказал, что место там заслужено по праву.

Восьмой выпуск подкаста – откровенный разговор о том, почему женская дружба сложнее мужской, как плавание помогает в стрельбе и почему иногда отсутствие страха важнее физической силы.

Есть офицеры, для которых служба – это семейная традиция, передаваемая как эстафета. Сергей Викторович Неразников из таких. Отец – почетный сотрудник КГБ СССР, брат – офицер, вся жизнь с детства связана с пограничными войсками. Даже жил через забор от училища, засыпая под звуки духового оркестра на репетициях.

Сегодня мы говорим с человеком, который стал самым молодым начальником одной из оперативных групп в истории «Альфы». О том, как хулиган и кандидат в мастера спорта по вольной борьбе превратился в боевого пловца. О том, как на глубине 50 метров в Байкале понимаешь, что воздуха больше нет, а жизнь проносится перед глазами в считанные секунды.

История Сергея – это череда испытаний, где каждое следующее серьезнее предыдущего. Первый полет на самолете – сразу в Буденновск. Первый раз в противогазе стрелять – на штурме «Норд-Оста». Охрана Ахмата-Хаджи Кадырова, когда свои же десантники открывают огонь по кортежу, приняв за боевиков.

Мы поговорим о том моменте на Васильевском спуске, когда молодому офицеру дали возможность войти в штурмовую группу. О том, как выходят из торпедных аппаратов подводных лодок – испытание, через которое прошли почти все боевые пловцы его поколения. О снайперской работе в Аргунском ущелье, когда счет уничтоженных боевиков шел на десятки.

Это разговор не только о боевой работе. Это размышление о выборе момента для ухода со службы. О том, как 16 лет службы в «Альфе» формируют человека настолько, что гражданская жизнь кажется чужой. И о том, как найти свое место после погон, сохранив главное – братство и ответственность за тех, кто рядом.

Смотрите девятый выпуск проекта «Подкаст.Альфа» – откровенный разговор о службе, которая остается с тобой навсегда, даже когда ты уже 20 лет в бизнесе.